Теннисный элитный протест: Почему призовые не соответствуют доходам?

Теннисный мир снова на грани бурного обсуждения: призовые на турнирах «Большого шлема» растут, но игроки всё равно недовольны. На прошлой неделе «Ролан Гаррос» объявил о рекордном призовом фонде в 72,3 миллиона долларов на 2026 год, что на 9,5% больше по сравнению с предыдущим годом. Однако, несмотря на позитивные цифры, топовые спортсмены, такие как Даниил Медведев, выражают недовольство. «Шлемы» зарабатывают огромные деньги, но процент, который получает спортсмен, кажется недостаточным. Мы хотим, чтобы доля вознаграждений была выше», – заявил он.

На данный момент доля доходов игроков от общего объема прибыли на мэйджорах составляет всего 12-16%. Для сравнения, в таких лигах, как НБА, НХЛ и НФЛ, эта доля достигает почти 50%. Кроме того, теннисисты не имеют фиксированных зарплат: их заработок зависит от успеха на корте. Больше половины дохода уходит на поездки и оплату тренерских команд, что делает финансовую картину ещё более сложной. Даже Карлос Алькарас, самый высокооплачиваемый теннисист по итогам 2025 года, не попал в топ-50 богатейших спортсменов.

Недовольство теннисистов проявилось ещё в прошлом году, когда они создали неофициальный альянс под названием «Проект Красный глаз». Среди участников – звезды, такие как Синнер, Соболенко и Алькарас. Они требуют, чтобы призовые на мэйджорах росли до 22% от доходов турниров, так же, как это происходит на чемпионатах ATP и WTA. Кроме того, игроки требуют ежегодные взносы на пенсии и медицинское обеспечение, а также участие в организационных вопросах.

Несмотря на увеличение призовых, многие турниры, включая «Ролан Гаррос», уменьшают долю призового фонда по отношению к общей прибыли. Это вызывает недовольство у игроков, которые чувствуют, что их вклад недооценен. Организаторы турниров утверждают, что часть прибыли идет на развитие тенниса и поддержку турнира, но это не успокаивает недовольных теннисистов.

Ситуация усугубляется тем, что теннис – индивидуальный вид спорта, и игроки не имеют сильной организации, которая могла бы представить их интересы. Некоторые, как Арина Соболенко, высказывают идеи о бойкоте турниров, но нет единства среди спортсменов. Елена Рыбакина, к примеру, сомневается в возможности совместных действий. В этой непростой ситуации игрокам и организаторам необходимо найти общий язык, чтобы сохранить интерес к турнирам и обеспечить справедливое распределение прибыли.